Вы здесь

РАСПРАВА БЛИЗИТСЯ К КОНЦУ?

На судебном процессе в Кировском районном суде Астрахани, о котором мы уже несколько раз рассказывали (последняя статья «Сор из избы под судебную лавку» от 12 декабря прошлого года), гособвинитель потребовал для подсудимого 8 лет колонии общего режима и 500 тысяч рублей штрафа. Приговор судья пообещала вынести в будущий понедельник.

Если приговор окажется обвинительным, то этот странный во всех отношениях процесс с полным основанием можно будет назвать расправой верхушки следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Астраханской области над тем, кто остался порядочным человеком и не захотел участвовать в провокации в отношении наступившей следакам на хвост прокурорши города.

Суд прячет грязное белье

Мы потому взялись освещать тему в соседнем субъекте федерации, что расположенное в Ессентуках Главное следственное управление Следственного комитета Российской Федерации по СКФО курирует управление Астраханское.

Напомним еще раз вкратце суть происходящего. Прокурор Астрахани Е. Зорина добилась возбуждения уголовных дел по земельным махинациям более чем на 10 миллионов рублей. В орбите следствия оказался и был помещен под стражу посредник - С. Козлов, водитель и по совместительству помощник руководителя второго отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по области А. Слюсарева. Его отдел расследует дела о преступлениях против государственной власти и в сфере экономики. И одновременно, получается, делает бизнес на дефицитной городской земле. Не слабо, правда? Вышли и на семейный бизнес самого Слюсарева, поскольку его супруга риэлтор, и через нее шло оформление некоторых сделок. Естественно, что оказавшиеся в такой аховской ситуации следователи начали защищаться. Ответным ходом с привлечением оперативников ФСБ была организована провокация в отношении друга Зориной А. Газимагомедова. Брат одного из подозреваемых Р. Абдулжалилов выходит на него и просит помочь. Тот обещает найти хороших московских адвокатов. Все заканчивается спецоперацией, в ходе которой в автомобиль Газимагомедова вбрасывается «кукла» из 200 тысяч долларов США. После задержания его избивают, в течение нескольких часов чуть ли не под пытками требуют отнести «взятку» дальше, Зориной. Он категорически отказывается. Пытаются добиться этого и в ходе следствия - тот же результат. Оказался твердым орешком.

Громкого дела не состряпали, но отомстить-то надо. Да и по операции отчитаться. И самое главное - хоть как-то дать по рукам прокурорше, обезопасить себя. В результате рождается обвинение Газимагомедова в мошенничестве по части 4 статьи 159 УК РФ, проводится быстрое следствие, дело передается в суд.

Раньше мы уже писали о том, что председательствующая судья Ф. Хайрутдинова сделала все, чтобы о подробностях процесса узнало как можно меньше людей. Еще бы, ведь на нем, реально, могло полоскаться грязное белье сильных следственного мира Астраханской области. Могли вылезти, без всякой натяжки, их волчьи нравы. Что, кстати, и было. Жаль, народ это не узнал. Под надуманным предлогом судья в самом начале слушаний сделала процесс закрытым, что, кстати, бывает в наших судах крайне редко и четко регламентируется законом, ведь правосудие в России по Конституции - самое что ни на есть гласное. Тут же закон, да и в целом важнейшая конституционная норма, оказались по боку. Ни родственники, ни пресса не смогли на нем присутствовать. Так что я пишу сейчас по полученным мною материалам.

Так же лихо судья делала все, чтобы процесс прошел как можно быстрее. Не назначила заявленных в ходе следствия, предварительных слушаний. Отклонила фактически все многочисленные ходатайства защиты. В том числе - и о возвращении уголовного дела прокурору, направлении на доследование, поскольку следствие, как выяснилось уже в процессе слушаний, так и не выяснило многих важных деталей события преступления, да и состава. Да так и не дало ответа на вопрос, было ли оно.

Угодным свидетелям взятка прощается?

Вот и на последнем заседании суда в минувший понедельник защита заявила очередное ходатайство о возвращении уголовного дела на доследование, поскольку в процессе вскрылось, что не были проведены необходимые экспертизы, доказательства получены с грубейшими нарушениями уголовно-процессуального закона. Судья отказывает. Защита ходатайствует о выделении в отдельное производство дела о покушении на дачу взятки потерпевшими. Взятки, как выяснилось в ходе их допроса, а также допроса следователя Клочкова, ими передавались для подкупа следствия, а процессуально это никак не оформлено, оценка с точки зрения закона этим действиям не дана. Тем более что одну из взяток передавал майор полиции Абдулжалилов, прекрасно по своей должности представляющий, что он совершает. Но он хотя бы действовал в рамках оперативного эксперимента. Потерпевшая же Шарипова ни в каких экспериментах не участвовала, факт передачи ею денег Газимагомедову за освобождение мужа выплыл случайно, когда у последнего в машине нашли расписку о том, что он деньги ей вернул.

Но судья все это будто и не слышит. Опять отказывает в удовлетворении ходатайства. Получается, что тем свидетелям, которые дают угодные следствию показания, даже взятка - тяжелейшее преступление - нашим правосудием прощается?

Далее следует вообще цирк. Защита предоставляет заверенный нотариусом скриншот сайта Кировского суда г. Астрахани, на котором с октября прошлого года красуются слова «обвинительный приговор» в отношении Газимагомедова(!). Заявляет ходатайство о приобщении его к делу, поскольку такая информация создает у неопределенного круга лиц впечатление, что обвинительный приговор уже вынесен. Ходатайство, как мы уже догадались, не удовлетворяется. В зале звучит позиция гособвинителя: это не соответствует действительности(!). А как же подпись нотариуса?

«Все дело - сплошное недопустимое доказательство»

Начинаются прения.

Гособвинитель ничего нового не сказала. Утверждала уверенно, что в ходе судебных слушаний все доводы следствия нашли свое подтверждение. Газимагомедов, мол, не имея возможности повлиять на следствие, обманом выманил у Абдулжалилова 200 тысяч долларов США. Также обманом, не имея возможности помочь находящемуся под стражей ее мужу, выманил у Шариповой 1,5 миллиона рублей. Отсюда и требование подсудимому чуть ли не максимального срока по инкриминируемой статье.

Защита более аргументирована. Дотошна и въедлива. Создается даже впечатление, что она камня на камне не оставляет от собранных следствием и поддержанных обвинением доказательств.

Главный тезис - органы предварительного следствия подошли к делу формально, все подогнали под удобную им, заранее сфабрикованную версию. Адвокаты тщательно сверяют даты и доказывают, что документы, послужившие поводом для возбуждения уголовного дела в отношении Газимагомедова, были изданы раньше самого его задержания, а это по закону недопустимо. Телега, таким образом, поставлена впереди лошади. Оперативные действия по задержанию незаконны, а значит и полученные в их ходе доказательства - ничтожны. Далее адвокаты обращают внимание суда на то, что потерпевший Абдулжалилов постоянно путался в показаниях, когда состоялась их с Газимагомедовым первая встреча, на которой шла речь о помощи со стороны последнего брату. Вроде утверждал, что 8 февраля. Но в период до 13 февраля ни одного звонка между ними не зафиксировано. А уже после - чуть ли не каждый день, и по несколько раз порой. В то же время именно 8 февраля брат Абдулжалилова вдруг объявился и уже был опрошен сотрудниками ФСБ по материалам, связанным с земельными участками.

Наверняка именно в этот период с помощью братьев были намечены провокационные мероприятия против Зориной. И уже через несколько дней сотрудник полиции Рамазан Абдулжалилов обращается к Газимагомедову со своим предложением о вызволении брата. Тогда еще о деньгах разговора между ними не шло. И постоянно в разговорах пытается выйти на Зорину. Когда Газимагомедов приехал из Москвы, где, по его утверждению, встречался с адвокатом Солоповым на предмет оказания юридической помощи, что тот и подтвердил в суде, именно потерпевший добивался встречи с ним, чтобы всучить деньги, а не наоборот. Дошло даже до того, что посылал свою знакомую к нему на квартиру с просьбой передать просьбу о встрече, поскольку у того был выключен телефон. А фраза Абдулжалилова: «Возьми деньги и оставь их пока у себя», ее как трактовать? Уж не как вымогательство. Скорее - как навязывание потерпевшим подсудимому.

Это удивительно, но в уголовном деле нет точной даты, когда Рамазан обратился с заявлением о вымогательстве с него денег. Нет ни времени обращения, ни места. Нет и самого заявления! Есть только рапорт оперативника о задержании, кстати, зарегистрированный 11 часами утра, тогда как Газимагомедов был задержан в период с 11-30 до 12-30. Опять телега впереди лошади! В протоколе вручения денежных средств, распечатанном на принтере, фамилии понятых вписаны от руки. Что, вообще-то, недопустимо для подобных документов. Денежные средства в таких случаях выделяются в установленном законом порядке, через бухгалтерию органа дознания. Здесь же оперативники берут свои собственные 20 тысяч рублей, едут в типографию и оплачивают ими за изготовление «куклы», при этом потерпевший даже не знает, где данная типография находится, хотя по документам принимал в этом непосредственное участие. Это носит все признаки провокации. Далее, в телефонных разговорах нигде нет даже намека со стороны подсудимого на то, что в схеме помощи брату хоть каким-то образом участвует прокурор Зорина. Однако сам потерпевший на это постоянно намекает: «Поезжай к Кате», «покажи Кате»... Он же, потерпевший, не докладывает рапортом своему начальству, что к нему якобы обратились с коррупционным предложением, хотя обязан это сделать по инструкции. Все это убедительно подтверждает, что он главное действующее лицо в провокации под названием «Дача взятки прокурору». Провоцирование же преступления по российскому законодательству недопустимо.

И еще. Следователь изъял у обвиняемого диски с аудиозаписями, но никакой экспертизы не провел. Выходит, даже не поинтересовался, как на самом деле происходили события. А скорее, там было нечто, что не укладывалось в его версию. Так зачем оно?

Темные силы

В этом деле вообще много такого, что дало основания адвокатам говорить о вмешательстве неких темных сил. Переписка подсудимого с московским адвокатом Солоповым, например, почему-то оказалась кем-то уничтожена, однако телефон был изъят при задержании следователем и до направления дела в суд находился только у него. Была не в пользу версии следствия? Из вещественных доказательств пропал важнейший вещдок - рюкзак, в котором потерпевший и забросил деньги в машину Газимагомедова. Он куда делся? Почему свидетели, в частности Солопов, на предварительном следствии оговаривали подсудимого, в суде давали совсем другие, в его пользу, показания, а потом на строгий вопрос обвинения, поддерживаете ли вы данные на предварительном следствии показания, отвечали утвердительно? Чего-то боялись? Нет ответа на вопрос, каким образом в машине Абдулжалилова появилась камера наблюдения. Протоколов о ее установке нет, и здесь в чистом виде нарушение закона об оперативно-розыскной деятельности.

Или вот такое. Газимагомедов еще в начале следствия обращается с заявлением об отводе следствию на том основании, что вышестоящий над его следователем руководитель Слюсарев связан со скандалом вокруг земельного участка, по махинациям с которым обвиняется его водитель-помощник и другие. Заявление рассматривается и отклоняется - якобы немотивированное. Газимагомедов подает второе, уже подробно мотивированное. Оно даже не рассматривается. Опять вмешались темные силы?

Выходит из всего этого то, что все дальнейшие следственные действия незаконны! Следователь Клочков, ведущий дело Газимагомедова, контролировал и дело, в котором фигуранты Козлов, Абдулжалилов и Ахметова. И именно после ареста Газимагомедова двое последних, до того объявленных в розыск, перестали прятаться и свободно теперь ходят по городу. Более того, в отношении них уголовное преследование в дальнейшем попросту прекращено. Заработали сотрудничеством с органами себе индульгенцию?

Ущерба нет - нет и преступления

По второму эпизоду - с якобы вымогательством у Шариповой полутора миллионов рублей, вообще все шито белыми нитками.

Шарипова дает деньги подсудимому, тот уже через полтора месяца по первому ее требованию их возвращает. Проходит целых полгода, расписку о получении ею денег назад находят в машине подсудимого и только после этого дают делу ход. Но давайте вдумаемся. Шарипова, как утверждает сама в своих показаниях на суде, хотела подкупить следствие, то есть совершить тяжкое преступление, и освободить мужа! И она - потерпевшая? И ведь это был не первый с ее стороны случай. До Газимагомедова, по ее же словам, она еще кому-то давала деньги на эти же цели. И не все их вернули. К кому она ни обращается - все теперь под стражей. Просто интересная потерпевшая.

Но в нашем случае что главное? Деньги возвращены, ущерба Газимагомедов не нанес. Так в чем обман? Поэтому никакого состава преступления в этом эпизоде нет.

Вывод адвокатов: вина не доказана, Газимагомедов к преступлению не причастен. И звучит он убедительно.

Подождем 4 марта, когда точку в этом деле поставит суд.

Александр ЕМЦОВ.

Номер выпуска: 
Оцените эту статью: 
Средняя: 5 (7 голосов)

Комментарии

Больше всего понравилось, что на куклу в типографию следаки отдали 20 тысяч своих кровных. Сознательные! У полковника Захарченко на эти цели был общак.

Добавить комментарий

CAPTCHA
Этот вопрос помогает Нам определить, что Вы не спам-бот.
2 + 13 =
Решите эту простую математическую задачу и введите результат. Например, для 1+3, введите 4.