Вы здесь

РЕЙДЕРСТВО В ГОСУДАРСТВЕННЫХ ИНТЕРЕСАХ?

Сообщение об ошибке

Notice: Undefined variable: o в функции include() (строка 601 в файле /www/vhosts/st-vedomosti.ru/html/themes/bartik/images/bg.jpg).

В последнее время много говорят, пишут об иске Генпрокуратуры в Гагаринский суд Москвы по нашим Каминводам. Она требует обращения в доход Российской Федерации проданных профсоюзами санаториев и других курортных объектов. В ответчиках, к тому же недоплативших, по мнению прокуратуры, государству 302 миллиона рублей, 92 юридических и физических лица, третьими лицами по делу привлечены 164 участника. Перечень подлежащих возвращению объектов занимает почти четыре десятка страниц. Судебные заседания начались, очередное назначено на 4 мая. Дело громкое, затрагивающее интересы и собственников, и целых трудовых коллективов, рискующих потерять работу.

Но как часто бывает в громких, а значит и политизированных, делах такого рода, оно плохо соотносится с законностью. Хотя и исходит, как это ни парадоксально, от главного законника страны. И наводит на подозрения, что целью его иска является не «защита прав и интересов неопределенного круга лиц и государства», как в нем написано, а рейдерское, пусть и с помощью суда, пусть и в пользу государства, изъятие имущества, никогда государству не принадлежавшего.

Постараемся доказать это на примере эпизода дела одного из ответчиков – ООО «Машук», у которого государево око вознамерилось отобрать санаторий «Пятигорский нарзан».

 

Из руин – в конфетку

Санаторий, а точнее то, из чего он появился, ООО «Машук» приобрело еще в мае 2006 года, по договору купли-продажи у Федерации независимых профсоюзов России (ФНПР) и Федерации профсоюзов Ставропольского края (ФПСК). Купило по большому счету руины одного из спальных корпусов некогда прославленного санатория «Ленинские скалы». Профсоюзы к началу 21 века довели его, как говорится, до ручки, вывели из эксплуатации и бросили. Крыша шестиэтажного корпуса была провалена, на ее остатках даже деревья выросли, окон, по сути, уже не было, полы или содраны или сгнили, двери уничтожены, ограждения балконов оборваны, фасад облез до безобразия… Здание отключено от всех коммуникаций – газовых, электрических, водных, канализационных, связи. В общем, одни стены да еще куча мусора.

Цена сделки при этом была немалая – 16 миллионов рублей, по курсу того времени около 600 тысяч долларов. Что значительно превышало сложившиеся тогда в регионе цены на подобные аварийные объекты.

Тем не менее, руководитель «Машука», ныне Герой труда Ставрополья, Почетный гражданин Ставропольского края Татьяна Арсентьевна Чумакова, широко известная в крае как благотворитель и общественный деятель, решилась на покупку. Рассматривала ее в том числе и как свой вклад в возрождение курорта. С Кавминводами связана вся ее жизнь, и вяло текущее с девяностых годов увядание курортов она, как и все патриоты этих чудесных мест, воспринимала очень болезненно. А тут выпала возможность самой поучаствовать в возрождении былой славы. «Машук» взяло 27-миллионный (на тот момент 1 миллион долларов) кредит в Сбербанке, и взялось за дело. В итоге были полностью заменены коммуникации, лифты, поставлена новая крыша, отремонтированы фасад и балконы, заменены окна, двери, отремонтированы стены, потолки, полы. Построены ТП с трансформаторами, котельная, насосная станция, открытый бассейн. Закуплено и установлено медицинское и технологическое оборудование, благоустроена территория.

Прямо в холле здания теперь обустроен питьевой бювет, к которому подведен трубопровод с минеральной водой от источника №19. Еще один трубопровод подвел к корпусу радоновую воду, что позволило открыть радоновое отделение.

Уже в конце мая 2007 года, то есть через год, в возрожденном бывшем спальном корпусе открылся полноценный санаторий - «Пятигорский нарзан». Работающий в настоящее время по лицензии на осуществление 42 видов медицинской деятельности, отпускается более 600 видов различных процедур, то есть здание используется по первоначальному санаторно-курортному назначению.

Полностью реконструкция завершена в 2019 году, площадь объекта выросла с 5234 до 7500 квадратных метров, то есть более чем в полтора раза. Санаторий четырехзвездочный, что подтверждается официальным свидетельством. Не каждый наш санаторий имеет такое. Сейчас это комфортная, уютная, в едином, прямо скажем роскошном, стиле оформленная, с полным набором оздоровительных процедур, круглый год заполненная отдыхающими здравница на 224 места. Без всякой натяжки одна из лучших на Кавминводах.

К слову, она и дальше будет развиваться. Сейчас уже заканчивается строительство нового корпуса. Это красноречивее всего говорит о том, что бывшая профсоюзная собственность попала в настоящие хозяйские руки.

 

Коррупция как беспроигрышный козырь прокурора

И тем не менее в прокурорском иске черным по белому написано, что спорное здание используется настоящим владельцем не по прямому назначению. А также то, что содержится в ненадлежащем виде. Это красноречиво говорит о том, что Генеральная прокуратура не удосужилась изучить все обстоятельства дела и попросту не владеет ситуацией.

Но не это в нашем случае главное. Главное – на законе ли основаны ее требования.

По большому счету, главный довод искового заявления состоит в утверждении, что спорный объект получен коррупционным путем, «вследствие нарушения установленных антикоррупционным законодательством запретов и ограничений». А значит, делает нехитрый вывод око государево, «подлежит обращению исключительно в доход государства и не может являться легальным объектом гражданского оборота, законным средством платежа и погашения обязательств перед кредиторами, а также предметом сделок и находиться у кого-либо на законных основаниях».

Вообще-то право собственности на теперь спорный бывший спальный корпус санатория «Ленинские скалы» было закреплено за ФНПР Постановлением Правительства РФ №112 от 18 февраля 2002 года. В Приложении к Постановлению он указан под номером 46. Поэтому если уж возвращать – то профсоюзам. Или оспаривайте законность Постановления.

Что же касается обвинений в коррупции… В последнее время такие обвинения стали настолько расхожими, обыденными, использующимися в том числе и как средство достижения политических целей, что вся их серьезность как-то подрастерялась. Читаешь «коррупция» и сразу мелькает в голове: не политиканство ли здесь, не спекуляция на модной борьбе с явлением? Так, похоже, и в нашем случае.

Недоверие к иску вызывается, прежде всего, безосновательным утверждением в нем, что нарушено антикоррупционное законодательство. Вы предъявляете сторонам сделки обвинение в очень серьезном преступлении? Хорошо, предъявите доказательства. И в чем оно выразилось: во взятке, подкупе, подарке, отступных или в чем-то еще? Ах, ничего этого не доказано, вы только подозреваете, так сказать, в общем? Тогда извините: чем вы, товарищи прокуроры, отличаетесь от досужих бабушек на лавочке? Мы вам, как и бабушкам, не верим.

Вообще-то по закону коррупция – это злоупотребление физического лица, как правило чиновника, служебным положением или полномочиями в целях получения выгоды, дача или получение взятки, коммерческий подкуп и все такое, четко прописанное в законе, квалифицируемое тяжким преступлением и серьезно караемое этим самым законом. Факт коррупции должен быть признан вступившим в законную силу приговором суда. Но в нашем случае ни обвинений в коррупции сторонам сделки не предъявлялось, ни преступной эта сделка судом не признавалась. Более того, в иске даже не указано, в чем состояло событие коррупционного правонарушения. Остается только спросить Генерального прокурора: как же тогда все это соотносится с презумпцией невиновности гражданина - закрепленной в Конституции страны (ст. 49), в Уголовно-процессуальном кодексе (ст. 14), в многочисленных, ратифицированных Российской Федерацией международных конвенциях? Никого ни в чем еще не обвинили, а имущество, причем не гражданина, а организации, забираем?

Голословное в исковом заявлении утверждение прокуратуры, что сделка коррупционная, превращается в такое же голословное «обоснование» для обращения собственности в доход государства. При этом прокуратура приводит даже соответствующую статью Гражданского кодекса РФ (пп.8, п.2, ст. 235). Между тем эта статья, мягко говоря, не в ту степь. Она однозначно устанавливает прекращение права собственности и обращение по решению суда в доход государства имущества, в отношении которого его собственником, занимающим государственную или муниципальную должность физическим лицом(!), не представлены доказательства законности приобретения. В ежегодной декларации о доходах. Есть даже специальный федеральный закон «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности и иных лиц их доходам» от 03.12. 2012 года.

Подписавшие договор купли продажи спального корпуса санатория «Ленинские скалы» руководители «Машука», ФНПР и ФПСК не являются государственными служащими и не обязаны подавать декларацию. Значит, на них это требование закона не распространяется. Но если бы и подавали, там просто не мог быть указан спальный корпус санатория. Он никогда им не принадлежал и не принадлежит, был и остался за юридическими лицами. Наконец, указанным выше законом закреплено, что такая обязанность возникает в отношении сделок, совершенных с 1 января 2012 года. Вспомним, что наш договор подписан в мае 2006 года. То есть аж за шесть лет до этого. Странно: Генеральная прокурора не знает, что закон обратной силы не имеет.

 

Не хватает доказательств – приплетем мораль

В обоснование своих требований Генеральная прокуратура жонглирует еще одной статьей, а именно 169 ГК РФ – недействительность сделки, совершенной с целью, противной основам правопорядка или нравственности. Такая сделка, ее еще называют антисоциальной, ничтожна и влечет как раз те последствия, на которых настаивает прокурор – отчуждение имущества в пользу государства.

Статья как таковая редко применяется в нашей судебной практике. И это объяснимо, само понятие нравственности плохо соотносится с правовой практикой, которая всегда конкретна. Верховный суд РФ в своем Постановлении №25 от 23.06.2015 года отнес к противным основам правопорядка или нравственности сделки, грубо нарушающие валютное законодательство, сделки, исполнение которых несет угрозу жизни и здоровью граждан, причиняет вред окружающей среде, подрывающие оборону и безопасность государства, связанные со сбытом наркотиков, распространением порнографии, радиоактивных веществ и все в таком роде. В общем, очевидно незаконные в силу незаконности самого предмета сделки.

Надо ли доказывать, что покупка аварийного здания санатория с целью его возрождения к сделкам, противоречащим основам правопорядка и нравственности, не относится. И не может быть отнесена по определению. Наоборот, ее цель как раз соответствует основам этих самых правопорядка и нравственности, имеет не антисоциальную, а в полном смысле слова социальную направленность. Что и доказала уже 15-летняя история благородной в полном смысле слова работы коллектива здравницы, где за это время поправили здоровье десятки тысяч граждан.

 

Срок исковой давности никто не отменял

Что еще бросается в глаза в прокурорском иске даже не искушенному в правовых вопросах человеку – это нарушение срока давности истцом.

По делам о применении последствий недействительности ничтожной сделки и признании такой сделки недействительной срок давности составляет три года (п.1. ст. 181 ГК РФ). В нашем же случае с момента купли-продажи прошло целых 16 лет. Прокуратура, разумеется, это не может не понимать. Поэтому она подает иск в защиту якобы нематериальных благ, на которые по закону не распространяется исковая давность.

Если разобраться, притягивает за уши эти самые нематериальные блага к самым что ни на есть материальным вещам.

Гражданский кодекс РФ (п.1 ст. 150) относит к нематериальным благам жизнь и здоровье, достоинство личности, честь и доброе имя, деловую репутацию, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личную и семейную тайну, свободу передвижения, свободу выбора места жительства, имя гражданина, авторство. То есть, закон однозначно говорит, что нематериальные блага действительно нематериальные, и принадлежат исключительно гражданину, физическому лицу.

Но ведь предметом нашего прокурорского иска является обращение в доход государства недвижимости. Вполне себе конкретной и материальной. И принадлежащей лицу юридическому, а не человеку.

Так что вы уж извините, товарищ Генеральный прокурор, но тут у вашего ведомства было всего три года на оспаривание сделки. Которые ваше ведомство безнадежно упустило. И эту фразу, по банальной процессуальной логике, должна была сказать судья Е. Черныш. А также то, что по закону пропуск срока исковой давности является для суда безусловным основанием для прекращения дела. Во всяком случае, именно в части эпизода с санаторием «Пятигорский нарзан». К сожалению, судья этого не сделала, и продолжает рассматривать его в числе других эпизодов.

 

Не тем занялись

Пятигорск, наверное, своего рода рекордсмен по количеству брошенных санаторно-курортных объектов. Рядом с тем же санаторием «Пятигорский нарзан» соседствуют другие полуразваленные спальные корпуса бывших «Ленинских скал». Не знаю, есть ли у них сейчас новый хозяин. Одно точно: им повезло меньше.

 И таких брошенных санаторно-курортных зданий на Кавминводах десятки. Все эти неработающие, изрядно запущенные но уже перешедшие из профсоюзных в частные руки объекты изрядно портят пейзаж, что для курорта не последнее дело. Навевают уныние и ассоциации о нашей неисправимой бесхозяйственности. Наверное, судьба именно таких, заброшенных и часто представляющих историко-архитектурную ценность объектов и должна беспокоить око государево. А оно взялось забрать то, что восстановлено и работает во благо людей. Во всяком случае, с санаторием «Пятигорский нарзан» - уж точно. Именно прокуратура может привлечь к ответственности хотя бы за ненадлежащее содержание социально значимой недвижимости. Вплоть до отчуждения в пользу государства именно на этом основании.

Конечно, юристы сразу скажут, что у нас нет такого закона, чтобы взять и забрать, что тут в нашем гражданском праве очевидный провал. Но ведь тот же Генеральный прокурор обладает правом законодательной инициативы в Государственной думе, может разработать и предложить законодателям такой закон. А потом уже добиваться его выполнения.

Сегодня же то, что предприняла Генпрокуратура в отношении покупателей профсоюзной собственности, больше походит на рейдерство, чем на законность. Пусть и в интересах государства. Когда все лыко собирается в строку, когда статьи закона просто за уши притягиваются, чтобы обосновать необходимость конфискации (давайте называть вещи своими именами) законно приобретенного, законно восстановленного, законно эксплуатируемого в интересах общества имущества. Одних налогов государству, кстати, санаторий «Пятигорский нарзан» платит в год несколько миллионов.

И что особенно очевидно - в рамках существующего правопорядка и господствующей нравственности платит и работает.

Александр Емцов.

Номер выпуска: 
Оцените эту статью: 
Средняя: 5 (6 голосов)

Добавить комментарий

CAPTCHA
Этот вопрос помогает Нам определить, что Вы не спам-бот.
6 + 1 =
Решите эту простую математическую задачу и введите результат. Например, для 1+3, введите 4.