Вы здесь

Честный мент

Сообщение об ошибке

Notice: Undefined variable: o в функции include() (строка 601 в файле /www/vhosts/st-vedomosti.ru/html/themes/bartik/images/bg.jpg).

Не знаю, от кого это пошло, но в нашем журналистском кругу Хлопоню зовут именно так - честный мент. И это несмотря на то, что в милицейской системе он уже давно не работает - ушел оттуда аккурат в год рождения Государственной Думы Ставропольского края после избрания депутатом и председателем Комитета по законодательству и правам человека.
ОБХЭССНИК
Могу лишь предположить, что доброе это прозвище свое Виктор Павлович получил за неподдельную искренность и бескорыстное участие, которое всегда проявлял, когда к нему обращались за помощью. Ну и, безусловно, за бессребреничество: до милицейского полковника дослужился, а более-менее заметного богатства в виде дачи-машины-квартиры так и не нажил.
Слово «обхэссник», конечно, жутко корявое для нормального уха. Особенно ерошило оно тех руководителей и других ответственных за материальные ресурсы, кто был не в ладах с законом. Сегодня не все уже понимают, что оно означало. Поэтому напомню. Давным-давно, когда здравствовала КПСС и строился развитой социализм, в недрах милиции существовала такая структура - ОБХСС. В расшифровке - отдел по борьбе с хищениями социалистической собственности. И занимался он, в переводе на наш сегодняшний язык, экономическими преступлениями.
Хлопоня проработал в этой структуре не один год. Не одного растратчика государственных, а тогда, считай, народных денег выявил, не одного посадил. Вернул государству, опять же народу, не один миллион рублей. Дослужился до полковника и должности заместителя начальника Ставропольского краевого управления.
Возможно, стал бы и начальником. Да залез не туда. Начал раскручивать мафию на предприятиях бытового обслуживания Кавминвод. Неучтенное сырье, неучтенная продукция, неучтенные опять же деньги. Деньги по тем временам очень большие. Разумеется, они сработали. Нашлись у мафии высокие покровители аж в партийных органах. В общем, начальником управления Хлопоня стал, но уже в УВД Волгоградской области.
А там перестройка. В обществе изменились ценности. Бывшие гонимые спекулянты и элементарные воры стали успешными коммерсантами. Наворованный капитал начал легализоваться и уже открыто прибирать к рукам и политиков, и власть, и органы. Те, с кем обхэссник боролся всю жизнь, стали хозяевами жизни. Это было невозможно понять, с этим было трудно смириться. Да еще в чужом городе, да еще и в смутное время, да еще и с принципами... В общем, Хлопоня вернулся назад, в родной Ставрополь. Возлавил паспортно-визовую службу, а потом был назначен заместителем начальника управления по борьбе с организованной преступностью УВД СК.

ДЕПУТАТ
Когда большинству плохо, честный человек идет в политику. В начале 90-х плохо было почти всем, мы на практике начали узнавать все прелести дикого капитализма в виде бесстыдного передела государственной собственности, инфляции, безработицы, массового обмана вкладчиков и пр. Ринулся в начале 1994 года в политику и Хлопоня. Но не на площадях митинговать - он же оперативник, человек не публичный - а в законотворческий орган - Государственную Думу Ставропольского края. Как юрист, он хорошо понимал, что в современных условиях поставить заслон всему негативу можно только путем формирования правового поля.
Тогда еще на выборах не деньги играли главную роль, а личные качества кандидата. Люди поверили ему, увидели, что человек искренний и порядочный. Так он стал депутатом от Промышленного округа г. Ставрополя.
Это был первый созыв Думы. До того действовал краевой Совет народных депутатов, орган по большей части представительный и декоративный - как и вся прежняя система народовластия. Правовых наработок было мало, если не сказать, что их вообще не было. По большому счету депутаты начинали с нуля. Законы о гербе и флаге края, Устав края, законы о порядке разработки правовых актов, о статусе депутата, о бюджетном процессе, о казачестве, о миграции, о едином налоге на вмененный доход, о местном самоуправлении... Все это и разрабатывалось, и принималось тогда впервые. Но вот что интересно: законы эти до сих пор работают, мало того, изменений и дополнений в них вносится не так уж и много. Это значит, что сделаны на совесть.
Помню обстановку на тех думских заседаниях. Это сейчас они тихие да спокойные - все накануне «обкатывается» на заседаниях комитетов и на публику выносится ровное да приглаженное. А тогда страсти кипели - будь здоров! И одним из возмутителей спокойствия был Хлопоня.
Он не скандалил, нет. Просто поднимался и порой сбивчиво - он и сейчас не очень умеет говорить красиво, оперативник, не языком делал карьеру, а головой и ногами - но точно говорил, почему принимать закон надо или, наоборот, не надо, какие изменения и поправки внести и т.п. Проталкивали закон о налоговых льготах спиртозаводчикам - Хлопоня поднимал руку «против», посредническим фирмам - та же картина. «С какой стати? - запальчиво обращался он к председательствующему.- Это же преуспевающие предприятия! Если их руководители вхожи в большие кабинеты и умеют дарить подарки, это совсем не значит, что бюджет края, а значит, и все мы должны что-то терять. В конце концов мы отбираем эти деньги у детей, инвалидов, малообеспеченных...»
С ним невозможно было «договориться» - в смысле сговориться. Те законы все-таки протолкнули - лоббистов бизнес создал себе в депутатском корпусе очень даже быстро. Но уже скоро, с принятием Налогового кодекса, похоронившего все налоговые кормушки, их пришлось отменять. Правда, уже другим депутатам.
Комитет по законодательству и правам человека, где он был председателем, принял за четыре года 3800 человек. И все приходили с жалобами, с просьбами, все приходили за помощью. Как знать, может, тогда уже он понял, что его призвание все же - не в милицейских, а в адвокатских рядах.
Хлопоня пытался попасть и во второй состав Думы. Баллотировался по тому же округу. Но на дворе были уже другие времена. Побеждать на выборах стали высокооплаченные пиар-технологии, а проще говоря - деньги. У Хлопони же их не было. Лучшее подтверждение того, что он, даже работая во власти, был и остался бессребренником.
АДВОКАТ
Хороший юрист работает 24 часа в сутки. Надо ли говорить, что, потеряв думский кабинет, Хлопоня без работы не остался. Собственно, теперь он продолжает делать то, чем занимался в Думе в свободное от законотворчества время - консультирует людей, помогает им. Хлопоня стал профессиональным адвокатом.
У него сразу же появились клиенты. Ведь он принес с собой в новую сферу деятельности чистую репутацию. Для человека, защищающего людей, это - главное.
Конечно, в силу своего прошлого опыта по основной работе - в ОБХСС - Хлопоня специалист по уголовному праву. Но когда я обратился к нему по делу сугубо гражданскому - не отказал. И отзыв на иск подготовил, и представительствовал в суде. В итоге дело нами было выиграно. Если бы мы его проиграли, «Ведомости» бы закрылись. Это говорю без всякой натяжки. Так что и у меня, и у всего коллектива есть основания глубоко уважать этого человека.
Тогда мы с ним много и долго общались. Признаюсь, Хлопоня на многое в праве заставил взглянуть по-новому. Например, на доказательства. «В суде, особенно в арбитражном, не нужно красноречие, - говорил он. - Не голосом и красным словцом берут адвокаты, а доказательствами. И не паникуй, если их на первый взгляд нет. Ищи, веди собственное расследование. Доказательства все равно найдутся».
Конечно, самые зрелищные, что ли, дела у Хлопони - в уголовном суде. Тут без всякой натяжки решаются судьбы людей. Зачастую именно от адвоката зависит, гражданином с чистой репутацией остается человек или становится уголовником. Причем в этих делах не все так однозначно. Не каждому адвокат покажется героем.
Недавно, например, Хлопоня развалил дело взяточника. Тому бы в тюрьме уже пора сидеть, весь город знает, что «берет». Оперативники тоже об этом, разумеется, знали и, получив сигнал, провели операцию «меченые купюры». Казалось бы, вот он, голубчик, уже в руках правосудия. Но... возник адвокат Хлопоня. И повел защиту так, что уголовное преследование прекратили уже на стадии следствия - за отсутствием состава преступления. Главный аргумент - «взяткодатель давал противоречивые показания, неоднократно менял их в ходе предварительного следствия».
Представляю, как возмущались оперативники. Тем более что, как мы помним, Хлопоня сам из их рядов. Наверное, будут возмущаться и отдельные читатели этих строк, особенно те, кому довелось пострадать от взятковымогателей. Однако давайте не путать причину и следствие. Не Хлопоня виноват в том, что взяточник на свободе, а оперативники, которые не сумели по закону провести следственные действия. Почувствовали разницу? Лучше двадцать раз оправдать виновного, чем один раз обвинить невиновного. Это сказано несколько веков назад. Давным-давно сказано и то, что пусть рушится мир, но торжествует закон...
Адвокаты по определению заставляют следствие работать в рамках закона. По большому счету в наших с вами интересах, в интересах всех людей. Поэтому пять раз подумайте, прежде чем ругать адвоката. Может быть, он выиграл дело и в ваших интересах.
Можно, конечно, привести и более благородный, зрелищный факт из адвокатской практики Хлопони, который не оставит места для философских пассажей и оправданий роли адвоката. Например, такой. Рабочего А. обвинили в убийстве. На водочной бутылке, валявшейся возле убитого, оказались отпечатки пальцев А. Казалось бы, все ясно, доказательство виновности налицо, тем более что обвиняемый сознался в убийстве. Суду и было все ясно - приговор вынесли на всю катушку.
Но обвиняемый не рассказал на следствии деталей: не помнил обстоятельств, не смог обрисовать, где и как это происходило. Как тут было не усомниться опытному адвокату?
- Это как раз тот случай, когда параллельно со следствием пришлось вести свое, адвокатское расследование, - говорит Хлопоня. - Пришлось добывать доказательства. Человек был невиновен - нашлись и доказательства его невиновности.
Хлопоня выяснил, что А. таскал на завод паленую водку для всего цеха. Оттуда и «пальчики». А признался потому, что придавили на следствии.
В конце-концов А. оправдали, а следствие вышло на настоящего убийцу.
Таких случаев из собственной практики Хлопоня может рассказать десятки. Эти два мне показались характерными. И в чем-то знаковыми для нашего героя. И еще. Не знаю как вам, читатели, а мне интереснее первый случай. Сделать возможное - это профессионализм, невозможное - это уже что-то большее, это мастерство.
Сегодня, в дни празднования 10-летия Госдумы края и подведения итогов ее работы, иногда звучит вопрос: что же дали депутатам годы, проведенные в ее стенах? Карьеру, деньги, славу, признание людей? Кому-то, может быть, все это и дали. Но только не Хлопоне. Ему - скорее всего - только признание. Хотя для честного человека только это и имеет цену.
Александр ЕМЦОВ.

Номер выпуска: 
Оцените эту статью: 
Средняя: 5 (1 голос)